Научная школа «Социальная экономика»

Посткапиталистичекая эволюция глобального хозяйства к посиндустриальной стадии и кризис социалистического хозяйства актуализировали постнеклассическое осмысление экономико-теоретических проблем будущего мира и Украины. Активное участие в этом процессе принимают ученые Харьковской школы «Социальной экономики». Не случайно, центром ее возникновения и развития стал старейший в стране университет, основанный в 1804 г. В. Н. Каразиным, традиционное свободомыслие ученых которого всегда базировалось на тщательном анализе настоящего и научных рекомендациях будущего развития. Созданная учеными-экономистами ХНУ Г. В. Задорожным, А. А. Гриценком, М. Н. Кимом, А. В. Ковригой, эта школа вовлекла в свою орбиту ученых различных отраслей знания известных на Слобожанщине, в Украине и во всем мире. Среди них Л. А. Антоненко, С. И. Архиреев, В. В. Глущенко, А. Н. Коломиец, А. А. Мамалуй, В. И. Мищенко, О. Ф. Новикова, Н. И. Сазонов, В. Н. Тарасевичс, А. А. Фисун, Н. П. Хохлов, В. Ф. Чешко, О. Уильямсон, А. И. Субетто, И. Валлерстайн, В. Я. Яковец и другие.

Сосредоточением коллективной мысли и научным рупором школы стал научный журнал «Социальная экономика», с первого номера поставивший в центр своего внимания Человека, Личность как субъекта размышляющего, инициативного, творческого, духовного, ответственного, действующего во имя иного качественно возможного будущего. Проблематика в подавляющем большинстве опубликованных на страницах журнала материалов посвящена в той или иной мере, в том или ином ракурсе, на том или ином уровне размышлениям о духовном внутреннем мире Человека, «созданному по образу и подобию», а потому и призванному к нравственному творчеству в своей свободно-ответственной хозяйственной деятельности. Когда журнал только начинал издаваться, то само его название — «Социальная экономика» знаменовало некий прорыв в мир более человечной, нравственной, этической деятельности. Но по мере размышлений зрело понимание того, что это словосочетание все больше осознается как некий искусственный мысленный конструкт, преходящий схематичный концепт в процессе глубинного постижения реальности. Более того, оказалось, что и само понятие социального сводится лишь к взаимодействию живых организмов, индивидов, а ценности и цели этого взаимодействия «задаются» уж и вовсе не социальным. И это надо было понять, чтобы вырваться за пределы традиционного толкования человека как биосоциального существа. И начала постепенно открываться духовная — определяющая ипостась человеческо-человечной, а вернее — богочеловеческой природы.

И выходит так, что вне обращения к духовной сфере жизнедеятельности человека вряд ли можно что-то сущностно постигнуть, а тем более соз(и)дать во благо Человека. Материально-вещественное, поверхностно-зримое — это лишь иллюзия того, что человек что- то понимает-знает, и, прежде всего, себя самого и свою истинную роль во Вселенной. Отсюда и длящаяся кризисность-аполикаптичность, непомерная гордыня и всепроникающая лживость, безответственное «авось» и прожекты сиюминутного выбора и успеха, завтрашние крушения и катастрофы. Отсюда и вопрос Великого Мудреца Никиты Моисеева: «Быть или не быть… человечеству?», который задан был человеку еще Христом. Но человек, не осознавший, что он Чело-Век, так до сих пор сути вопроса и не уразумел.

И внутреннее двоемыслие, двойные стандарты, разрыв между словом и делом, «любовь», оборачивающаяся предательством, и зло, прикрывающееся обольстительно­угодливой улыбчатой маской «добра», стали нормами постчеловека постмодерного периода.

И тут явили Болонскую де(града)кларацию (В.А. Кутырёв), чтобы изжить осо- зна(ва)ние-понимание и я&шзатъ-вменитъ постсознательное, бес-смысл-енно-инструмент- альное кем-то запрограммировано-вброшенное в коммуникативный процесс поверхностно­схематическое тестовое (кресяю-на/г(‘ь)евое=угадывающе-непонимающее) псевдоиысше как парадигмальный сдвиг к верхнему обучению. Понимающе-осознающий образованный специалист уже не нужен. Он попросту излишен, даже вреден в постмодерновом мире. Здесь потребны бакал(ы)-авры и маги-стры — пустые сосуды для эклектики, ибо эклектическая пустота — бес-плодность (постмудрость) и есть призн(р)ак постмодерна и его постнауки.

Но явилось и иное. В нем не только то, что зачалось сто лет назад в другом — Московском императорском классическом университете, но и многотысячелетняя откровенческая (открывающая-просветляющая) мудрость нравственная, жизнетворческая — Фило-Софии Хозяйства. В ней про-явиласъ, щж-открыпасъ София Премудрость Божим как источник Света во тьме всеобщего идолопоклонничества деньгам и прибыли, потреблятству, «сводобе»-вседозволенности, знаку-гламуру самого человека, который уже и пост-пуст.

И метания интеллекто-знаний такого пост(пуст)человека то в экономические теории, то в реактуализацию политической экономии, то в неоинституционализм показывают лишь его растерянность и беспомощность перед личиной им же по своей «свободной» воле выб(о)р- анного и сотворенного изначально кризисного (греховного) бытия-сети, чреватой его (человека) самоистреблением-гибелью. Другого и быть не могло, коль человек возомнил себя богом и стал преклоняться себе как идолу. И в этом идолопоклонстве сокрыт иной смысл, тайна, разгадать (открыть) которую горделивому, самоуверенному и лгущему самому себе человеку (и в этом явилось «пост-» и «пуст-») почти уже и невозможно, ибо в видимом сиюминутном успехе и комфорте как самоуспокаивающем т(д)у(р)мане тонет понимание того, что «все, что живет и существует в этом мире, живет только через касание мирам иным» (Ф.М. Достоевский).

Без обращения к Софии Премудрости Божией конвульсивные метания интеллекта оборачиваются пустотой. «София — свойство, функция, эманация Бога. Это не немой, хотя и живительный, Дух, но это и не говорящий, вполне и разнонаправленный, Логос. София — содержательность, смысловость, проектность. Не Дух и не Логос построяют Дом, Храм, Мир, хотя в таковом деле и участвуют, это София создает себе Дом, Храм, Мир, да, да, именно София, она же и Премудрость Божия. Что человек с Духом и Логосом без Софии? Неверное, не все, далеко не все, что есть и кем должен быть в реальности человек — ЧЕЛОВЕК!» ДО.М. Осипов).

В этом — исток, импульс и вектор поиска смысла жизни, осуществляемого на страницах журнала. Ибо без смысла — не жизнь, а лишь суетное существование. Да и вовсе не существование, а прозябание, бесцельное мельтешение, пусто-уничтожающее антидейство, так как деяние — все же активно­созидательное, творческое, ответственное, ценностно оплодотворенное, со-Вест(ь)ливое, открывающееся-идущее из «последней глубины той таинственной богочеловеческой реальности, которая есть человеческая личность» (С. Франк). Осознавание длится. Оно подвластно Человеку, изначальная богообразность природы которого в каждом потенциально со-открывает путь к спасению как возможность для Боговоплощения.